Слова и краски на страницах «Мёртвых душ»

По страницам книги Игоря Николаевича Сухих о Гоголе.

Стиль: слова и краски

Слово Автора звучит в отступлениях. Взгляд Гоголя-художника определяет все повествование.

Во второй половине ХIХ века во французской живописи появились художники-пуантилисты (от фр. pointe — острие, точка), которые писали картины мелкими мазками прямоугольной или круглой формы. Вблизи мы видим на полотне лишь множество красочных пятен, с некоторого расстоянии они сливаются в яркий, красочный, праздничный пейзаж или портрет.

Гоголь — словесный пуантилист. “Мертвые души” состоят не только из крупных мазков (история Чичикова, портреты помещиков, коллективный образ города N.), но из множества мельчайших “точек”: гротескных подробностей, развернутых сравнений, оригинальных метафор и просто “словечек”, составляющих подлинную материю романа-поэмы.

Юрий Олеша, писатель ХХ века, более всего ценивший в искусстве словесную изобразительность, мечтал открыть “лавку метафор” (имелись в виду не только метафоры, а тропы вообще) и самое почетное место в ней отводил Гоголю.

Что пророчит сей необъятный простор?

По страницам книги Игоря Николаевича Сухих о Гоголе.
Автор: лирик и пророк

Мы уже говорили о том, что гоголевскую книгу превращает из плутовского романа в поэму прежде всего особая активность Автора. Он не просто объективно рассказывает историю (хотя формально повествование в “Мертвых душах” ведется от третьего лица), но комментирует происходящее: смеется, негодует, предсказывает, вспоминает. Фрагменты, в которых проявляется автор, часто называют лирическими отступлениями. От чего же отступает автор? Конечно, от фабулы, которая всегда была основой плутовского романа. Но эти отступления имеют важное сюжетное значение: без них “Мертвые души” были бы совсем другой книгой.

Фабула “Мертвых душ”, превращаясь в сюжет, размывается многочисленными подробностями и расширяется авторскими отступлениями.

Образ Автора очень важен для необычных неканонических русских романов в стихах и романа в новеллах. Но Автор в “Мертвых душах” иной, особой природы. Он не общается с Чичиковым и не наблюдает за Ноздревым и Плюшкиным. Он вообще не присутствует в мире романа, не имеет биографии и лица. Автор в “Мертвых душах” не образ, но голос не вмешивающийся в повествование, а лишь комментирующий, осмысляющий его.

Герой: подлец-приобретатель или воскресшая душа?

По страницам книги Игоря Николаевича Сухих о Гоголе.
Герой плутовского романа обычно был страдающей фигурой. Он переживал разнообразные жизненные неприятности и лишения и лишь в конце — ценой хитрости, компромиссов и уступок — достигал некоторого неустойчивого благополучия. Плут был человеком из социальных низов, который мог выжить не изменяя мир, а приспосабливаясь к нему.

Уже в первом портрете, на первой же странице, автор парадоксально описывает героя, с помощью трех отрицаний. Чичиков словно ускользает от описания, точного определения характера.

Чуть позднее, в той же первой главе, это подтверждается: Чичиков кажется гением приспособления. “Приезжий во всем как-то умел найтиться и показал в себе опытного светского человека. О чем бы разговор ни был, он всегда умел поддержать его: шла ли речь о лошадином заводе, он говорил и о лошадином заводе; говорили ли о хороших собаках, и здесь он сообщал очень дельные замечания; трактовали ли касательно следствия, произведенного казенною палатою, — он показал, что ему небезызвестны и судейские проделки; было ли рассуждение о биллиардной игре — и в биллиардной игре не давал он промаха; говорили ли о добродетели, и о добродетели рассуждал он очень хорошо, даже со слезами на глазах; об выделке горячего вина, и в горячем вине знал он прок; о таможенных надсмотрщиках и чиновниках — и о них он судил так, как будто бы сам был и чиновником и надсмотрщиком” (глава первая).

«В одном мгновенье видеть вечность...»

По страницам книги Игоря Николаевича Сухих о Гоголе.

Известный литературовед и рассказчик И. Л. Андроников написал статью «Одна страница», остроумно обнаружив уже в первых фразах “Мертвых душ” почти все мотивы гоголевской поэмы.

Прочитаем вслед за Андрониковым и вместе с ним первые страницы “Мертвых душ”. Здесь, в самом начале экспозиции, уже дан образ целого, представлены основные структурные элементы гоголевской книги.

“В ворота гостиницы губернского города NN. въехала довольно красивая рессорная небольшая бричка, в какой ездят холостяки: отставные подполковники, штабс-капитаны, помещики, имеющие около сотни душ крестьян, словом, все те, которых называют господами средней руки. В бричке сидел господин, не красавец, но и не дурной наружности, ни слишком толст, ни слишком тонок; нельзя сказать, чтобы стар, однако ж и не так, чтобы слишком молод”.

Первая фраза любого произведения не только представляет героев, обозначает место и время, но и задает ритмическую структуру повествования.

Поэма: Гомер, Данте, Сервантес и Чичиков

По страницам книги Игоря Николаевича Сухих о Гоголе.

 Исследователи подсчитали: над “Мертвыми душами”, включая и сожженный второй том, Гоголь работал около семнадцати лет из тех двадцати трех, которые он посвятил литературе. Поэма стала книгой жизни, заветным трудом, произведением, которое все время вырастало в своем значении. Как и “Ревизор”, “Мертвые души” приобрели в сознании писателя грандиозный, исключительный смысл.

Гоголь постоянно подчеркивал масштаб своего замысла. Уже в начале работы, причем в письме А. С. Пушкину, Гоголь гордо заявит: “Мне хочется в этом романе показать хотя с одного боку всю Русь” (А. С. Пушкину. 7 октября 1835 года).

Через год в письме другому петербургскому покровителю замысел расширится: “Если совершу это творение так, как нужно его совершить, то… какой огромный, какой оригинальный сюжет! Какая разнообразная куча! Вся Русь явится в нем! Это будет первая моя порядочная вещь, вещь, которая вынесет мое имя (В. А. Жуковскому, 12 ноября н. ст. 1836 года).

Классное чтение: от горухщи до Гоголя

По страницам книги Игоря Николаевича Сухих о Гоголе.

Игорь Николаевич Сухих родился в 1952 году, критик, литературовед, доктор филологических наук, профессор СПбГУ. Автор книг “Проблемы поэтики Чехова” (1987; 2-е изд. 2007), “Сергей Довлатов: время, место, судьба” (1996; 3-е изд. — 2010), “Книги ХХ века: Русский канон” (2001), “Двадцать книг ХХ века” (2004), “Чехов в жизни: сюжеты для небольшого романа” (2010), а также школьных учебников “Литература XIX век” (2008, 5-е изд. — 2011) и “Литература ХХ век” (2009, 4-е изд. — 2011). Лауреат премии журнала “Звезда” (1998) и Гоголевской премии (2005). Живет в Санкт-Петербурге.

Гоголек: веселый меланхолик

Его рождения ожидали как чуда. У Марии Ивановны Гоголь уже появлялись мертвые дети, поэтому она дала обет: если появится сын, назвать его в честь самого почитаемого русского святого Николы Угодника, имя которого носила церковь в соседней Диканьке. Николай Васильевич Гоголь-Яновский родился 20 марта (1 апреля) 1809 года, в его честь в диканьской церкви отслужили торжественный молебен.

Отец, потомок древнего украинского рода, помещик средней руки (у него было 200 крепостных душ), мелкий чиновник Василий Афанасьевич Гоголь-Яновский умел хорошо рассказывать и мечтать, увлекался сочинительством и актерской игрой, хотя в том и другом был дилетантом. Талант Гоголь, вероятно, получил в наследство от него. Отец умер рано (1825), когда сын еще учился в гимназии.

«Мир, волнующий и странный…» Итоги поэтического конкурса

Наши девятиклассники приняли участие в конкурсе чтецов, посвящённом памяти Николая Гумилёва. Конкурс проходил в музее Льва Гумилёва на Коломенской улице. В стенах крохотной кватирки русского учёного, сына двух поэтов - Анны Ахматовой и Николая Гумилёва - 15 апреля, в день рождения Николая Гумилёва, звучали стихи поэтов Серебряного века. В очень трепетной, камерной обстановке прошла поэтическая встреча тех кому дороги стихи русских поэтов, тех, вслед за за поэтами готов перенестись в «мир, волнующий и странный…»

Мы рады поздравить наших ребят, чьё мастерство было отмечено особо:

Лосева Елизавета была отмечена дипломом за артистичность исполнения (Лиза читала стихотворение "Приглашение к путешествию"; Бронштейн Александра - за неожиданную интерпретацию; Хмелёв Игорь - за оригинальность выбора  (Игорь прочитал стихотворение Николая Гумилёва "Дон Жуан"), Кокорева Прасковья также получила диплом победителя за особенно проникновенное чтение стихотворения "Я и вы".