«Приют спокойствия, трудов и вдохновенья»

 Блинова Александра, лауреат конкурса "Мир глазами ребёнка"

 Какое счастье родиться и жить в Петербурге! Петербург – это символ красоты и гармонии. «Красуйся, град Петров!..» - восклицал А.С. Пушкин, воспевший Петербург во вступлении к поэме «Медный всадник». «Красуйся, мой любимый город!» - восклицаю я, когда  иду по  улицам или набережным Петербурга и восхищаюсь их строгой красотой и великолепием. Вспоминаю строки петербургского поэта XX века Олега Тарутина: «Вот выходим на Неву мы. / О музее наши думы. / И о том, что город наш / Сам – огромный Эрмитаж». Эрмитаж – один из крупнейших музеев мира, он так огромен, что, кажется, я никогда не смогу пройти по всем его залам и осмотреть все его сокровища, всё «собранье редкостей и драгоценностей».   «Эрмитаж» в переводе с французского — «место уединения, келья, приют отшельника, затворничество» а слово музей происходит от греческого «mouseĩon», что означает «храм музы». Да, можно согласиться, что наш город как «огромный Эрмитаж», что наш город - «собранье редкостей и драгоценностей», но можно ли в нём уединиться и побыть наедине с красотой и историей? Где тот «храм муз» в нашем холодном Петербурге, где  царствуют лёгкие, воздушные, вдохновенные богини?

      «Я к розам хочу, в тот единственный сад, / Где лучшая в мире стоит из оград…» - то ли вскрик, то ли всхлип, то ли грустный вздох  слышится в этих стихах Анны Ахматовой. Но в этих же поэтических строчках звучит и признание в любви к нашему городу. И перед взором каждого сразу возникает невская ограда Летнего сада,  спроектированная и построенная под руководством архитектора Ю. М. Фельтена в 1770—1784 годах.  Знаменитая решётка Летнего сада – это один из символов Санкт-Петербурга, города-музея, города - «храма муз».

      Давайте «сойдёмся» здесь, у решётки Летнего сада, у «чугунной ограды», которую воспел Пушкин, а Ахматова и назвала «лучшей в мире». Я приглашаю вас зайти в Летний сад и  прогуляться по его аллеям, встретиться с музами: Талией – музой комедии, Терпсихорой – музой танца, Эвтерпой - музой лирической поэзии и музыки; поприветствовать дедушку Крылова, нашего знаменитого баснописца, окунуться в историю. Пусть совершится наше совместное возвращение в прошлое, в то место, где «мачт корабельных мерещится скрип», где «лебедь, как прежде, плывёт сквозь века», где «статуи помнят» их, «молодых», тех, кто воздвиг наш город и воспел его…

Непременно помнит их и статуя «Ночь», которой посвящено ахматовское стихотворение, написанное в блокадные дни 1942 года:

Ноченька!

В звездном покрывале,

В траурных маках, с бессонной совой.

Доченька!

Как мы тебя укрывали

Свежей садовой землей…

      Холодная мраморная статуя становится для поэта самым дорогим существом – доченькой с «заплаканными глазами», и её надо спасти, укрыть, сберечь во что бы то ни стало… Я не знаю более трепетных, щемящих  и пронзительных строк, посвящённых нашему городу...

       А мы продолжим воображаемую прогулку по Летнему саду и непременно увидим «душистые тени между царственных лип», и тревожно  прислушаемся к «сотне тысяч шагов врагов и друзей, друзей и врагов».  В этих ахматовских двустишиях, написанных амфибрахием,  словно отсчитываются мерные шаги истории, великой и трагической истории нашего города, сохранившейся здесь, в этом музее под открытым небом.

      Летний сад – это «история и поэзия, слитые воедино». Давайте подслушаем, как «шепчутся белые ночи о чьей-то высокой и тайной любви», и пусть на нас снизойдёт вдохновение и желание писать стихи о «высоком и тайном». «А. А. Ахматова ассоциировала сад с Эдемом – местом счастливого творчества. Сад в поэзии Ахматовой – символ иного, настоящего и счастливого бытия», - замечает академик Д.С. Лихачёв в книге «Поэзия садов». По наблюдениям Д.С. Лихачёва, сад в поэзии Ахматовой  перекликается со сбереженным под водой Китежем, как символическое место, в котором «Бог сохраняет все», – «хулу» и «хвалу». Хвала тем, кто создал наш замечательный город: строгие стройные здания, чугунные ограды, колонны, статуи, мосты! Хвала тем, кто прославил наш город своими творениями, своим подвигом! Хвала тем, кто воспел наш город в мраморе, граните, в музыке и стихах!

Красуйся, град Петров, и стой

Неколебимо…

       PS.  Жаль, что Летний сад преобразился в наши дни. Масштабная реконструкция сада лишила нас возможности видеть его таким же, каким он предстаёт в фильме-опере П.И. Чайковского «Пиковая дама», действие  которой начинается в Летнем саду («Летний сад заполнен гуляющими» - так начинается либретто оперы). Мне кажется, именно в тот Летний сад - «Онегина строфа»…, а не нынешний, monsieur l'Abbe «гулять водил» маленького Евгения... Меня тоже в детстве приводили в Летний сад на прогулки. Я и сейчас, несмотря ни на что,   люблю здесь бывать или просто любоваться садом из  окна моего дома. Конечно, для меня Летний сад не «огород», как для Пушкина, жившего  недалеко от  сада  на Пантелеймоновской  улице. («Летний сад  — мой огород,— читаем мы в одном из  писем поэта. — Я, вставши от сна, иду туда в халате и туфлях. После обеда сплю в нем, читаю и пишу. Я в нем дома»). Конечно, я не хожу в Летний сад «в халате и не сплю в нём после обеда» - это привилегия великого поэта. Но я читаю и пишу в Летнем саду. Для меня этот сад -  «приют спокойствия, трудов и вдохновенья». Именно здесь, под сенью старинных лип, рождаются мои поэтические строки о Петербурге…

Петербуржцы
В мглистой серости фасадов
Потеряться снова - всласть.
Видно, курс, что нами задан,-
Дождь над ним имеет власть.

Видно жизнь у нас такая:
Серость неба и гранит.
Нас как будто развлекая,
Вечно дождь в окно стучит.

Золотая осень

Запах талой листвы ощущаю порой -

Золотая листва над моей головой.

Золотая земля под моею ногой.

Золотая страна окружает меня:

Золотые леса, золотые поля.

И порой, так бывает,

Что хочется мне

Оставаться навеки в этой стране...

Но время пройдёт и наступит зима,

И исчезнет моя золотая страна.

Петербургский дождь

В Питере почему-то всегда дождь.
В городе отчего-то всегда серо.
Солнца каждое воскресенье упрямо ждешь,
Только мокнут зря проспекты, дома и скверы.

И гадаешь, зачем эта морось вообще нужна.
И томишься, за окна в пространство опять глядя.
Эта магия чертова скоро исчезнуть должна,
Только маг за свое всё берётся, будь он неладен.

В нашем плеере - звуки дождя - бесконечный повтор.
А вокруг - бесконечно унылая серая мгла.
Только слышен один, неизменно дурной, разговор:
Что бы сделать, чтоб эту низвергнуть империю зла.

Но, с другой стороны, каждый ищет упорно резон,
По которому людям всегда будет надобен дождь.
И не важно, что лето - совсем для дождя не сезон,
И не важно, что мир на огромную лужу похож.

Безуспешно гадают, на что нам осадки нужны.
Может, чтобы сирень бушевала во сто раз сильней?
Может, чтобы мы знали - недолго уже до весны?
Или просто затем, чтобы людям жилось веселей?

И у каждого свой, удивительно верный ответ
На важнейший вселенский дождливисто-мокрый вопрос.
И у каждого свой, зарифмованный жутко куплет.
И у каждого прядь чуть намокших примятых волос.

Все по-своему правы, да только ошибочно всё.
И я верю - лишь я знаю правду об этом дожде,
Потому что еще ни один среди них не просёк -
Дождь всего лишь нам послан в наш город по нашей нужде.

Чудо-тайну о том, для чего этот дождь существует,
Для себя я открыла в толпе и кругу суеты
Поразительно-странную мысль, очень даже простую:
Чтобы вечно спешила, тебе открывая зонты.

Майская сирень

Мы, прощаясь со школой, посадили сирень.

Это было весной - в улетающий день.

И она расцветала на школьном дворе,

И тонул аромат в уходящей весне,

И лиловый,  и белый сливались в тени.

И мы все вспоминали волшебные дни,

Когда дружно учились, оставаясь без сил,

Когда каждый под сводами радостен был.

И другие придут взглянуть на сирень,

И вдруг вспомнят и нас, и весенний тот день.